несториана/nestoriana

древнерусские и др. новости от Андрея Чернова

СТО ПУШКИНСКИХ РИСУНКОВ ИЗ УШАКОВСКОГО АЛЬБОМА (1829–1830)

Галерея рисунков
Комментарии к рисункам

ПОЭТ, ЕГО ЖЕНЩИНЫ, ЕГО СОПЕРНИКИ, ДРУЗЬЯ И ВРАГИ

Что такое альбом дворянской барышни первой трети XIX века? Ответ выпишем из четвертой песни «Евгения Онегина». Там о Ленском сообщено следующее:

XXVII

…Поедет ли домой; и дома
Он занят Ольгою своей.
Летучие листки альбома
Прилежно украшает ей:
То в них рисует сельски виды,
Надгробный камень, храм Киприды,
Или на лире голубка
Пером и красками слегка;
То на листках воспоминанья
Пониже подписи других
Он оставляет нежный стих,
Безмолвный памятник мечтанья,
Мгновенной думы долгий след,
Всё тот же после многих лет.

XXVIII

Конечно, вы не раз видали
Уездной барышни альбом,
Что все подружки измарали
С конца, с начала и кругом.
Сюда, назло правописанью,
Стихи без меры, по преданью
В знак дружбы верной внесены,
Уменьшены, продолжены.
На первом листике встречаешь
Qu’écrirez-vous sur ces tablettes;
И подпись: t. à v. Annette;
А на последнем прочитаешь:
«Кто любит более тебя,
Пусть пишет далее меня».

XXIX

Тут непременно вы найдете
Два сердца, факел и цветки;
Тут верно клятвы вы прочтете
В любви до гробовой доски;
Какой-нибудь пиит армейский
Тут подмахнул стишок злодейский.
В такой альбом, мои друзья,
Признаться, рад писать и я,
Уверен будучи душою,
Что всякий мой усердный вздор
Заслужит благосклонный взор,
И что потом с улыбкой злою
Не станут важно разбирать,
Остро иль нет я мог соврать.

XXX

Но вы, разрозненные томы
Из библиотеки чертей,
Великолепные альбомы,
Мученье модных рифмачей,
Вы, украшенные проворно
Толстого кистью чудотворной
Иль Баратынского пером,
Пускай сожжет вас божий гром!
Когда блистательная дама
Мне свой in-quarto подает,
И дрожь и злость меня берет,
И шевелится эпиграмма
Во глубине моей души,
А мадригалы им пиши!..

Москва – далеко не провинция, но альбом московской барышни Елизаветы Николаевны Ушаковой (в замужестве Киселевой) был бы типичным уездным альбомом, когда б не сотня роскошных пушкинских рисунков и несколько его же скупых записей, оставленных здесь поэтом в 1828–1830 годах (и, вероятно, несколько позднее).

В собрании Пушкинского Дома (Институт русской литературы РАН) Ушаковский альбом проходит под шифром ПД 1723. На вечерней заре XX века, в год двухсотлетнего юбилея поэта он был издан сотрудниками Пушкинского Дома Татьяной Краснобородько (комментарии) с приложением статей Сергея Фомичева и Янины Левкович:

«Альбом Елизаветы Николаевны Ушаковой. Факсимильное воспроизведение. СПб. 1999».

Альбом in-ottavo (1/8 доля листа; 125 х 183 мм) содержит 98 листов (по традиции последним листом считается нижняя крышка переплета). Бумага светло-голубая (при печати 1999 г. при печати использованы не цифровые, а пленочные фотографии, и этот оттенок утрачен) с водяными знаками «1802» и «МБФАГ». Акварельные рисунки выполнены на белой бумаге. Автор их – не Пушкин.
Полупрозрачные бумажные прокладки вклеены после заполнения альбома.

Поскольку книгу это вряд ли кто мог видеть кроме специалистов (тираж 1000 экземпляров), страницы этого издания воспроизвожу ниже.
Не включены в подборку двадцать два листа, на которых записи не сопровождены рисунками. (Записи Пушкина среди них не встречаются.) Это: 3 (стихотворная запись В. Р. [?] Василевского); 4 (стихотворная запись Д. И. Ильина); 7 (стихотворная запись Александра Смирнова); 14 (стихи записаны, как полагает Т. И. Краснобородько, В. Василевским); 20 (стихотворная запись А. Смирнова); 21 (стихотворная запись Д. И. Ильина); 24 (французские стихи И. Куньева); 25 об. – 26 (записи И. Куньева); 29 (стихотворная запись А. Смирнова); 35 (стихотворный экспромт Сергея К., как отмечает Т. И. Краснобородько, это не С. Киселев); 37 об. (начало «Дон-Жуанского списка» Пушкина); 38 (стихотворная запись Г. П. Дорионзини); 44 (стихотворная запись А. Смирнова); 48 об. (продолжение «Дон-Жуанского списка» Пушкина; концовка на л. 49); 53, 60, 65 (стихотворные записи А. Смирнова); 71 об. (по предположению Т. И. Краснобородько, на этой страницt запись «Catherine Ouchacoff» принадлежит самой Екатерины Ушаковой); 72 (Стихотворение «Эпиграмма», подписанная инициалами «АФ»); [74 (итальянская запись, сделанная, как предполагает Т. И. Краснобородько, одной из сестер Ушаковых; Второй слово четвертой строки не разобрано. В переводе: «Люблю только тебя, / Тебя только любил, / Тебя ставлю первой/ Ты будешь / Последним предметом, / Который буду обожать».]; 90 (последняя запись А. Смирнова).

(Исключение делаю для л. 74 с итальянскими стихами, публикую его, поскольку этот текст прочитан не полностью.)

В отличие от бумажного издания 1999 г. в интернет-издание не включены воспроизведения незаполненных листов.

У данного издания есть, впрочем, один недостаток. Автор комментариев – многолетний главный хранитель Рукописного отдела Пушкинского Дома Татьяна Ивановна Краснобородько – не искусствовед и не специалист по портретным рисункам Пушкина, не опирающиеся на мнения блистательных предшественников собственные ее интерпретации и атрибуции довольно наивны. При этом комментарии Краснобородько содержат множество полезных сведений, частью которых мы здесь с благодарностью воспользуемся.

В приложении к изданию воспроизведены несколько листов из утраченного альбома Елизаветы Ушаковой. К сожалению, рисунок есть только на одном из них (ПД 910. Л 37 об. По изданию с. 223). Воспроизведение его таково, что слабый карандаш практически неразличим на кажущейся пустой книжной странице. (Эта проблема могла быть решена при помощи специального фотографирование, но почему-то услугами Лаборатории консервации и реставрации документов АН РАН составители не воспользовались.) Мы воспроизводим этот лист после переведения в черно-белый режим (к сожалению, так пришлось поступить и с некоторыми листами основного альбома Елизаветы Ушаковой) и обработки в фотошопе.

Также в приложении к изданию 1999 г. воспроизведены несколько листов с пушкинскими рисунками из архива Ушаковых-Киселевых.

Бумага, даже прекрасная бумага пушкинского времени, – не вечна. Следы ее разложения, а, значит, и потери зрительной информации, сегодня можно наблюдать воочию. Еще более очевидно это при сканировании рисунков: при обработке каждого приходится прибегать к радикальной цветокоррекции, убирая из палитры структурную желтизну. Очевидно, что в ближайшем будущем встает проблема разработки программы спасения, реставрации и консервации пушкинского наследия. Рукописи опасно больны желтухой. Четверть века назад, когда мне довелось довольно много работать и со всеми пушкинскими тетрадями, и с отдельными листами, о необходимости оцифровки пушкинского наследия заговорил филолог Константин Баршт. К сожалению, тогда его не услышали, ограничились высококачественной цветной пересъемкой тетрадей (и только их) на специально изготовленную Кодаком фотопленку. Проект курировал принц Чарльз.

Сегодня ясно, что прав был Константин Абрекович.

Многие воспроизведенные ниже листы прошли первичную компьютерную расчистку: удалена грязь, ослаблены ржавые пятна, стерты чернильные кляксы, выровнен (насколько возможно) фон рисунков. В большинстве случаев удалены следы полупрозрачных прокладок, которыми в второй половине XIX века (или даже позже) были переложены страницы (след такой прокладки см., к примеру, на л. 66 и 87). При этом мы ни в коем случае не претендовали на реставрацию пушкинских рисунков, пусть и виртуальную. Без новой пересъемки (разумеется, цифровой, в том числе макро- и микросъемке) такая работа просто невыполнима.

Стоит отметить, что, помимо прочего, при фотографирования страниц альбома для издания 1999 г. был весьма неудачно поставлен свет. Поэтому часть листов невозможно воспроизвести в цвете и приходится ограничиваться черно-белыми воспроизведениями.

(Для сравнения примеры не расчищенных, но и не переведенных в ч/б листов – 1 об, 2 об, 17, 22, 30, 33, 40, 55, 55а, 55 об., 74, 77 об., 110)

См. также: Р. Г. Жуйкова. Портретные рисунки А. С. Пушкина. Каталог атрибуций. СПб., 1996.
http://feb-web.ru/feb/pushkin/serial/v89/v89-069-.htm

Андрей Чернов

ГАЛЕРЕЯ РИСУНКОВ

КОММЕНТАРИИ

Верхняя крышка переплета. Три профиля и три пушкинских монограммы «АП» пером. Хотя это вроде бы классические пушкинские монограммы, не раз встречающиеся в его тетрадях, знак вопроса, которым сопровождает их Т. И. Краснобородько, совершенно справедлив (см. ее комментарий к л 25). Впрочем, сам поэт воспринимает Ушаковский альбом как исключительно свою, или совместную с хозяйкой альбома собственность. О этом свидетельствует и то, что он позволяет себе рисовать поверх чужих записей, и то, что оставляет в альбоме свой «Дон-Жуанский список».

Оборот верхней крышки переплета. Профили, пробы пера.

Л. 1. Набросок профиля (карандаш), пробы пера.

Л. 1 об. Погрудный портрет Екатерины Ушаковой, старшей сестры Елизаветы. Карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция М. Д. Беляева.

Л. 2. Погрудный портрет декабриста Александра Ивановича Якубовича. Мягкий карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция М. Д Беляева и Т. Г. Цявловской.

Л. 4 об. Два профиля. Карандаш. М. Д. Беляев предположил, что левый – портрет Гёте. Предположение это весьма субъективно.

Л. 5. Полевые цветы: гвоздика (?), василек и репей. Акварель.

Л. 5 об. – 6. Турок и турчанка. Рисунок Пушкина. Чернила по карандашу.

Л. 7 об. Поясной автопортрет (?) Пушкина. Мягкий карандаш. Определение А. М. Эфроса.

Л. 8. Павел Нащокин, крестящий лоб монеткой и Петр Вяземский (в роли церковного старосты) с колокольчиком и блюдом для пожертвований. Перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 9. Погрудный портрет военного. Рисунок Пушкина. Карандаш, перо. По определению Т. К. Галушко, – это Николай Николаевич Раевский-младший. Однако иконография этого друга Пушкина изучена слабо. Предполагаю (впрочем, под вопросом), что это может быть и А. Х. Бенкендорф (такой, каким Пушкин увидел его впервые, еще не заплешивевшего, 8 сентября 1826 в Кремле). См. другой пушкинский портрет АХБ на черновике стихотворения «Бесы» : http://feb-web.ru/feb/pushkin/serial/v89/v89-069-.htm

Л. 10 об. Шиллер и Гете. Карандаш. Рисунки Пушкина. Шиллера атрибуировали М. Д. Медведев и М. А. Цявловский, а Гете – Т. Г. Цявловская.

Л. 11 об. Восточная женщина. Карандаш, перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 12. Роза. Акварельный рисунок А. Афанасьева и стихотворный его комплимент хозяйке альбома.

Л. 15 об. Портреты Сергея Александровича Римского-Корсакова и шарж на него. Карандаш, перо. Рисунки Пушкина. Рисунки на этом листе дважды подписаны (разными почерками).

Л. 16. Автопортрет Пушкина, вырезанный и наклеенный на эту страницу. Перо, чернила.

Л. 17 об. Три профиля (по Т. И. Краснобородько – женских). Рисунки Пушкина. Внизу справа – Е. К. Воронцова (атрибуция Т. Г. Цявловской). Слева – Николай Степанович Алексеев (атрибуция моя), чиновник для особых поручений при генерале Инзове и казначей масонской ложи «Овидий», навещавший Пушкина в Одессе. Самый близкий друг поэта в Кишиневе. Ему посвящена «Гаврилиада». Сохранились два письма Пушкина Алексееву (1826 и 1830) и четыре письма Алексеева к поэту (1826–1835). С 1829 г. служил в Бухаресте под началом своего родственника П. Д. Киселева (родного брата С. Д. Киселева, за которого весной 1830 г. вышла замуж Елизавета Ушакова). Выйдя в отставку, жил в Москве. См. ниже деле ПАРАЛЛЕЛИ № 120.

Варианты атрибуции: Екатерина Орлова (Р. Г. Жуйкова), Каролина Собаньская (Л. А. Краваль).

В верхнем портрете предполагали Наталью Ивановну Гончарову (М. Д. Беляев), Марию Николаевну Волконскую (Г. В. Пашнина), Веру Федоровну Вяземскую (Р. Г. Жуйкова). Но наиболее убедительно мнение Л. А. Краваль, согласно которому здесь изображена Елизавета Михайловна Хитрово, дочь М. И. Кутузова, с лета 1827 г. близкий друг поэта. (См. ее портрет в ПД 838, л. 37 об. Воспроизведение: № 828 на с. 355 по каталогу Р. Г. Жуйковой «Портретные рисунки Пушкина», СПб., 1996.)

Л. 18. Подсолнух. Акварель.

Л. 18 об. Поколенный портрет дипломата и физика, организатора первой в России литографии и изобретателя электромагнитного телеграфа Павла Львовича Шиллинга фон Канштадта. Карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция Т. Г. Цявловской.

Л. 19. Погрудный портрет Антона Дельвига. Карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция Н. Г. Антокольской.

Л. 19 об. Поколенный портрет Елизаветы Ушаковой. Мягкий карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция Р. Г. Жуйковой.

Л. 21 об. Фигура Екатерины Ушаковой . Мягкий карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Т. Г. Цявловской. Ср. с рис.: Приложение. ПД 1724. Л 1.

Л. 22. Наброски двух женских профилей. Мягкий карандаш. Рисунки Пушкина.

Л. 23. Мужской профиль (Т. Г. Цявловская увидела здесь Кюхельбекера) и набросок ступни. Мягкий карандаш. Рисунок Пушкина.

Л. 23 об. Набросок мужского профиля. Карандаш. Справа поясной мужской портрет. Обводка пером по карандашному рисунку Пушкина [?]. Судя по типично ушаковским чертам лица (ср. с рисунком № 118), это может быть или сам Николай Васильевич Ушаков в молодости, или родившийся в 1806 г. (по сведениям Л. А. Черейского) его сын Иван, брат Елизаветы и Екатерины.

Л. 24 об. Мужской портрет. Карандаш. Рисунок Пушкина. Считается портретом дипломата Николая Михайловича Смирнова (мнение М. Д. Беляева и Т. Г. Цявловской). Однако в 1829 г. Смирнову 21 год, а на портрете тридцати- или даже сорокалетний мужчина, украшенный залысинами. Внизу два наброска пером – два мужских «дантеобразных» профиля, напоминающих, как полагает Т. И. Краснобородько, профиль Василия Львовича Пушкина с листа с кронверкской виселицей («И я бы мог…»). Однако там так выглядит неоднократно повторенный профиль отца поэта, Сергея Львовича. (Василий Львович на кронверкском листе тоже изображен, но куда более достойно и монументально.)

Л. 25. В центре профиль, в котором можно увидеть портрет Екатерины Ушаковой; пять «лисообразных» шаржей на Елизавету Ушакову. Тут же ее нешаржированный портрет и др. профили. Карандаш, перо. Рисунки Пушкина. Посередине листа две пляшущих скелетоподобных бесовских фигурки. Выполненные чернилами монограммы можно было бы прочитать как «АП», однако их ряд начинается со слова «Левъ», поэтому, видимо, перед нами монограммы «ЛП».

Л. 26 об. Портрет Натальи Николаевны Гончаровой. Перо. Считается, что запись «Kars, Kars…» выполнена, Пушкиным. (Карс – прозвище невесты поэта. Справка: Во время русско-турецких войн XIX века крепость Карс стала одним из главных объектов борьбы на Кавказском театре военных действий. В 1807 году русские войска безуспешно штурмовали Карс. В 1828 году город был взят штурмом.) Т. И. Краснобородько утверждает, что на рисунке Н. Н. Гончарова протягивает руку для поцелуя, а Катенька Вельяшева (она изображена справа) тянется к ее шее. И сейчас точно штурмует и «возьмет за горло», как русские всего год назад взяли турецкую цитадель.

Нет сомнения, перед нами разыгрывается сцена ревности. Но при чем тут Вельяшева? В летучем профиле (при всей его условности) можно увидеть и саму Елизавету Ушакову.

Кстати сказать, кроме разве что лиц, рисунки сделаны не Пушкиным, а, надо думать, самой Ушаковой. (Такой способ «игрового» рисования предположил для Ушаковского альбома А. М. Эфрос.)

Л. 27. Два профильных наброска чернилами.

Л. 27 об. Портрет Екатерины Ушаковой в рост. Перо, чернила. Лицо – рисунок Пушкина. Фигура – дорисована, видимо, Елизаветой (или Екатериной) Ушаковой. Подпись рукой Пушкина: «Трудясь над образом прелестной У – – И проч И проч и пр…».
Вдоль левого края слабым карандашом «Ушакова» (полагают, что это сертификация П. С. Киселева).

Л. 28. Запись В. Добровольского. По ней похожими по цвету чернилами набросок профиля.

Л. 29 об. – 30. Мужские и женские профили (среди последних преобладает профиль Елизаветы Ушаковой: это графический каламбур «лизонька – лисанька»).). Карандаш и перо. Рисунки Пушкина. А. И. Фрумкина узнала в шаржированном портрете мужчины в очках Николая Ивановича Греча. На л. 30 портрет мужчины слева внизу (с шапкой волос) Жуйкова отождествила с Михаилом Николаевичем Загоскиным, с которым Пушкин именно в это время начал активно общаться. (А. И. Фрумкина предполагала, что здесь нарисован Булгарин, но в каталоге Жуйковой есть более убедительное отождествление Фаддея Венедиктовича. См. по Жуйковой № 149 на с. 88.) Над Загоскиным профиль Греча (левый верхний). Справа не менее семи шаржей на Елизавету Ушакову.

Л. 31. Гвоздика (акварель). Мужские профили. Внизу слева карандашный профиль Александра I (с медали). Атрибуция М. Д. Беляева и Т. Г. Цявловской. Рисунки Пушкина.

Л. 32. Погрудный портрет Льва Сергеевича Пушкина. Карандаш. Сверху красными чернилами набросок женского профиля. Еще один неоконченный профиль снизу справа. Рисунки Пушкина. Под знаком вопроса Т. Г. Цявловская предположила, что подпись имитирует подпись Льва Сергеевича, но сделана его братом. Однако пририсованная теми же чернилами вторая медаль свидетельствует в пользу того, что подпись принадлежит Льву Пушкину. Сверху П. С. Киселев (?) подписал карандашом: «Лев Серг. П.».

Л. 32 об. Леонтий Дубельт. Карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция А. И. Фрумкиной.

Л. 33. Портрет Сергея Дмитриевича Киселева, в будущем мужа Елизаветы Ушаковой. Карандаш и перо. Рисунок Пушкина. Атрибуция Р. Г. Жуйковой.

Л. 33 об. Портрет Елизаветы Ушаковой. Перо, чнонила. Пушкину принадлежит только профиль, головной убор и фигура дорисованы, очевидно, самой Елизаветой Николаевной. Атрибуция П. С. Киселева: «Елиз. Ник. Ушакова» (сверху карандашом).

Л. 34. Карандашные профили (слабый, еле различимый след карандаша), справа профиль ребенка (девочки) под эпиграммой А. Смирнова о грехопадении Адама. Рисунки Пушкина.

Л. 34. Портрет Елизаветы Ушаковой. Перо, чернила. Пушкину принадлежит только профиль, головной убор и фигура дорисованы, очевидно, самой Елизаветой Николаевной. Атрибуция П. С. Киселева: «Елиз. Ник. Ушакова» (сверху карандашом).

Л. 34 об. Поколенный портрет мужчины в восточном головном уборе. Мягкий карандаш. Рисунок Пушкина.

Л. 36. Женская фигура. Карандаш, перо. Полагают, что это прорисовка, выполненная кем-то из сестер по карандашному наброску Пушкина.

Л. 37. Портрет молодого военного, предшествующий «Дон-Жуанскому списку» Пушкина. (Молодой Наполеон?) Карандаш. Рисунок Пушкина.

Л. 38 об. Два профиля (верхний чернилами, нижний карандашом) одной женщины, в которой Т. Г. Цявловская видела Екатерину Николаевну Раевскую (Орлову). Рисунок Пушкина. Т. И. Краснобородько замечает: «Это предположение, достаточно правдоподобное для карандашного рисунка (см. также последующий лист), представляется маловероятным для портрета, выполненного пером». Однако на этом листе пером и карандашом изображено одно лицо.

Л. 39. Портрет Екатерины и Михаила Орловых. Рисунок Пушкина. Определение Б. В. Томашевского и А. М. Эфроса.

Л. 39 об. Женские головки и фигуры. Карандаш, перо.

Л. 40. Женская фигура со спины. Карандаш. Рисунок Пушкина . Помета «№ 1» позже исправлена на «№ 12», а справа, вероятно, рукой кого-то из сестер, дописано слово «Ложа».

Л. 40 об. Погрудный портрет Анны Алексеевны Олениной. Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Атрибуция А. М. Эфроса. Помета «№ 2» принадлежит Пушкину.

Л. 41. Внизу оплечный портрет А. А. Олениной. Вверху – якобы ее мать Елизавета Марковна Оленина в молодости. Перо, чернила. Рисунки Пушкина. Атрибуции А. М. Эфроса.

Л. 41 об. Фигура А. А. Олениной. Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Предположение А. М. Эфроса, который мотивирует этот рисунок тем, что Пушкин сватался к Олениной, но получил отказ. На том же основании это может быть и фигура Гончаровой. (Тем более, что она не раз нарисована в этом альбоме именно с такой, осиной талией.). Помета «№ 3» принадлежит Пушкину.

Л. 42 об. Женский портрет в рост. Перо. Рисунок Пушкина. Помета «№ 4» принадлежит Пушкину.

Л. 43. Женский портрет в рост. Перо. Рисунок Пушкина.

Л. 43 об. Портрет Елизаветы Ушаковой в рост. Перо. Рисунок Пушкина. Атрибуции А. М. Эфроса. Помета «№ 7».

Л. 44 об. – 45. Мужские и женские профили и фигуры. Перо, чернила. Рисунки Пушкина и, видимо, сестер Ушаковых. На обоих рисунках встречаем шаржированный «лисий» профили хозяйки альбома.

Л. 46 об. Женский портрет в рост. Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Подпись рукой Пушкина: «Варвара мученица». Запись внизу («продолжение впредь») Пушкину не принадлежит. По поводу того, что это за Варвара, мнения исследователей разделились.

Л. 47. Карикатура на отказ в сватовстве к Елизавете Ушаковой московского дворянина Александра Лаптева (апрель 1829). Карандаш, чернила. Рисунок Пушкина, вырезанный и наклеенный на эту страницу. Ангел оплакивает покойного. В изголовье креста скрыто имя «Лиза». Надпись на плите: «Пленился он смазливой рожей, / Он умер, мы умрём, / И вы умрёте тоже». На полях пером чей-то профиль. Рисунок Пушкина.

Л. 47 об. Шесть профилей. Перо, чернила. Т. И. Краснобородько полагает, что это рисунки одной из сестер Ушаковых. Заметим, что это не может относиться к верхнему (перевернутому) профилю.

Л. 48. Виолончель как женская фигура, на которой некто играет без смычка, голыми руками. (Смычок изображен справа.) Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Ниже рукой одной из сестер Ушаковых: «Magnifique» («Великолепно»).

Л. 49. Лист с окончанием «Дон-Жуанского списка». Автопортрет в клобуке. Бес показывает язык поэту. Перо, чернила. Рукою Пушкина помета «№ 1» и подпись: «Не искушай (сай) меня без нужды…» Сверху другой рукой приписано «и последний».
Т. Г. Цявловская резонно полагала, что рисунок намекает на сюжет первого неудачного сватовства Пушкина к Гончаровой.
Приписку «кусай его» (см. примечания Т. И. Краснобородько, с. 347) на воспроизведении обнаружить не удалось.

Л. 50. Анна Оленина и Пушкин. Сюжет неудачного сватовства. Перо, чернила. Определение Л. Н. Майкова. Рисунок одной из сестер Ушаковой (или даже обеих). Как заметил А. М. Эфрос, тут карлик-Пушкин целует кукиш Олениной.

Л. 51. Настурция и астра. Акварель. Аппликация.

Л. 51 об. Погрудный женский портрет в испанском берете, каковые вошли в моду в 1829 г. после установления дипломатических отношений России и Испании. (См. в «Онегине»: «Кто там в малиновом берете / С послом испанским говорит…»). Т. И. Краснобородько приводит такую выписку: «В Опере столько видно черных бархатных беретов испанской формы, что их почти можно назвать непременным одеянием, предпочитаемым всеми красавицами» (Галатея. 1829. № 6. С. 355).
Карандаш. Чернила. Рисунок Пушкина. Возможно, портрет Софьи Андреевны Ушаковой, матери Елизаветы и Екатерины.

Л. 52. Фигура в чадре. Перо, чернила. Мужской погрудный портрет. Карандаш, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 54 об. Наталия Николаевна Гончарова и Пушкин. Перо, чернила. Рисунок кого-то из сестер Ушаковых. Карс отказывает Пушкину письмом. (Руки Пушкина в перстнях и с длинными ногтями узнал Л. Н. Майков.)

Л. 55. Погрудный портрет Наталии Ивановны Гончаровой, матери Карса. Карандаш, чернила. Рисунок Пушкина, вырезанный и наклеенный на эту страницу.

Л. 55а. Женский портрет. Карандаш. Рисунок Пушкина. Комментарий Т. И. Краснобородько («Если принять во внимание сюжет предыдущего рисунка, можно осторожно предположить, что здесь изображена Н. Н. Гончарова») говорит о недостатке навыков искусствоведческой работы с портретными изображениями. Комментатор не обратила внимания на то, что перед нами портрет женщины с пушкинскими чертами. Поскольку портрет подклеен к портрету будущей тещи Пушкина, мы, надо думать, должны видеть в нем набросок профиля его матери.

Л. 55 об. Два профильных наброска одной женщины. Перо, чернила. Рисунки Пушкина.

Л. 56. Два портрета. Мужской (мягким карандашом) сделан Пушкиным. Женский портрет (твердый карандаш), вопреки мнению Т. И. Краснобородько, выполнен другой, ученической рукой. Так аккуратно и старательно идеализируют тех, кто им нравятся, только молодые девушки.

Л. 57. Погрудный портрет. Карандаш. Рисунок Пушкина. Его же рукой подпись: «Камергер двора Фатали-шаха».

Л. 58 об. Вид Арзрума. Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Подпись его рукой: «Арзрум, взятый мною (АП) помощию Божией и молитвами Екатерины Николаевны 27 июня 1829 года о Р Х».

Л. 59. Схема боевых порядков русских и турецких войск под Арзрума. Жогадка А. М. Эфроса. Перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 60 об. Испанская сценка. Тайное свидание. (Фигаро за углом и Розина на балконе?) Карандаш. Рисунок Пушкина (??). По мнению Р. Г. Жуйковой, на балконе стоит Екатерина Ушакова.

Л. 61. Погрудный портрет Екатерины Ушаковой и набросок женских ног. Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Атрибуция А. М. Эфроса.

Л. 62. Садовые цветы. Акварель.

Л. 63 об. Испанская сценка. Брадобрей и его клиент. (Фигаро и доктор Бартоло?) Карандаш. Рисунок Пушкина. Как указывает Т. И. Краснобородько, премьера «Севильского цирюльника» на сцене Малого театра состоялась 8 января 1829 г.

Л. 64. Набросок мужского профиля и погрудный мужской портрет. Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Надпись, вероятно, рукой Пушкина: «Конш…» (?) Т. Г. Цявловская считала, что это Николай Михайлович Коншин (1793–1859) – петербургский поэт, переводчик, в 1830 г. соиздатель журнала «Царское Село». Т. И. Краснобородько полагает, что надпись надо читать «Кон…», поскольку имеется в виду москвич и постоянный гость Ушаковых Александр Акинфиевич Кононов (1804–1873). Отметим, что на портрете изображен человек с лицом покрытым морщинами, а Кононову было лишь двадцать пять. Впрочем, Пушкин не раз изображал молодых своих знакомцев тем, как они, по его мнению, будут выглядеть в старости.

Л. 65 об. Женская головка. Перо, чернила.

Л. 66. Л. 66. Возница с кнутом и семь профилей. Сверху слева потрет молодого Гете (до сих пор не атрибуированный), за ним классический (в пушкинском исполнении) профиль Кондратия Рылеева (не узнан исследователями по причине наличия очков). Третий верхний профиль – портрет четвероюродного брата Пушкина поэта Дмитрия Веневитинова, скончавшегося двадцати двух лет отроду 15 марта 1827 г.
«Насколько я знаю иконографию, поэт был самым красивым из русских, да, пожалуй, и зарубежных писателей. Красоту и благородство его лица можно сравнить, пожалуй, только с Байроном. И подумать только, ему не было и двадцати двух лет!», – писала в XX веке Мария Юрьевна Барановская.
В середине 70-х я познакомился с ней в Историческом музее, где она работала хранителем. Жена архитектора Петра Дмитриевича Барановского, спасшего собор Василия Блаженного (говорили, он заперся в храме и велел передать Сталину, чтобы взрывали с ним), она участвовала в церемонии перезахоронения праха Веневитинова. (Симонов монастырь в тридцатом упразднили, на кладбище собирались строить ДК завода АМО, то есть Зила.) Присутствовали две молодые дамы – Татьяна Григорьевна, еще не Цявловская, и Мария Юрьевна, уже Барановская. Когда с пальца Веневитинова снимали Троянский его перстень (см. стихи самого Веневитинова, предсказавшего, что когда-то так и будет) Барановская так разрыдалась, что молоденький милиционер поинтересовался: «Вдова убивается?» (Теперь этот анекдот рассказывают про перенесение праха Гоголя, но в Гоголя Мария Юрьевна влюблена не была.)
Веневитинов убеждал Пушкина заняться изучением Гете. И хотя не был революционером, но, как рассказал его друг А. И. Кошелев, весной 1825 года участвовал в политическом диспуте вместе с Рылеевым, Пущиным и Оболенским, на котором было единодушно решено, что честные люди должны «свергнуть это правительство».
В октябре 1826 г. Веневитинова по службе перевели в Петербург, где он был тут же арестован по подозрению в причастности к декабристскому заговору. На допросах он держался по-пушкински, дружбы своей с декабристами не скрывал. При этом никого не выдал, ничьей вины не усугубил. Но только те трое суток заключения в сыром неотапливаемом помещении потрясли юношу: зиму он не пережил – простудился и умер.
Хоронили его в Москве. Проститься с собратом пришли Пушкин и Мицкевич. Пушкин вспоминал о нем в рецензии на альманах «Денница» 1830 г.: «Но замечательнейшая статья сего альманаха, статья, заслуживающая более, нежели беглый взгляд рассеянного читателя, есть «Обозрение русской словесности 1829 года», сочинение г-на Киреевского. Автор принадлежит к молодой школе московских литераторов, школе, которая основалась под влиянием новейшей немецкой философии и которая уже произвела Шевырева, заслужившего одобрительное внимание великого Гёте, и Д. Веневитинова, так рано оплаканного друзьями всего прекрасного».
Далее Пушкин замечает: «Глубокое чувство умиления внушило молодому критику несколько трогательных строк. Он говорит о своем друге, о лучшем из избранных, о покойном Веневитинове». И цитирует Киреевского: «Веневитинов создан был действовать сильно на просвещение своего отечества, быть украшением его поэзии и, может быть, создателем его философии».
Итак, в тексте пушкинской рецензии Гете и Веневитинов через запятую. На листе из альбома Ушаковой их разделил еще один рано погибший русский поэт – Кондратий Рылеев.
Тот, с кем Пушкин сравнивал своего безвременно почившего Ленского: «…Иль быть повешен, как Рылеев».
Ну а ямщик с кнутом – персонах одного из последних стихотворений Веневитинова «Новгород». Есть там и такие строки:

– «Ямщик! Где площадь вечевая?»
– «Прозванья этого здесь нет…»
– «Как нет?» – «А, площадь? Недалеко:
За этой улицей широкой.
Вот площадь. Видишь шесть столбов?
По сказкам наших стариков,
На сих столбах висел когда-то
Огромный колокол, но он
Давно отсюда увезен».
– «Молчи, мой друг; здесь место свято:
Здесь воздух чище и вольней!
Потише!.. Нет, ступай скорей…

Заканчивается диалог с возницей воспоминанием о «биче князей», вечевом новгородском колоколе:

Ответствуй, город величавый:
Где времена цветущей славы,
Когда твой голос, бич князей,
Звуча здесь медью в бурном вече,
К суду или к кровавой сече
Сзывал послушных сыновей?
Когда твой меч, гроза соседа,
Карал и рыцарей, и шведа,
И эта гордая волна
Носила дань войны жестокой?
Скажи, где эти времена?
Они далёко, ах, далёко!

Актуальные в 1830-м, революционном году, стихи.
Чернила. Карандаш. Рисунки Пушкина.

Иконографические параллели см. в конце этих комментариев.

Л. 67. Погрудный портрет Александра Сергеевича Грибоедова. Перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 68 об. Портрет Екатерины Ушаковой. Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Атрибуция А. М. Эфроса.

Л. 69 об. Рыцарь. Перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 70. Незабудки. Акварель.

Л. 71. Елизавета Ушакова с котом на фоне горного монастыря. Внизу алтарь с пылающим сердцем. Рисунки и подписи рукой Пушкина.

Л. 73. Портрет Анны Николаевны Вульф, стоящий у верстового столба. Перо, чернила. Зачеркнутая французская надпись «je vous attends à M[?]» (я жду вас в М[?]. Рисунок и подписи рукой Пушкина. Атрибуция А. М. Эфроса.

Л. 74 об. Итальянская запись, сделанная, как полагают, Лизой Ушаковой: Люблю только тебя, /Только тебя любил, Тебя ставлю первой, /Ты будешь / Последним предметом, / Который буду обожать». Подписано монограммой «LO» (Lize Ouchacoff).

Л. 74 об. Автопортрет верхом. Карандаш, чернила. Подпись карандашом рукой Пушкина: «А. С. Пушк во вр пут в Арз».

Л. 75 об. Казак верхом. Перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 76. Лошади, превращающиеся в деревья и фигурка спешенного всадника (в центре листа). Перо, чернила. Рисунки Пушкина.

Л. 77 об. Елизавета Ушакова с котами. На пюпитре сидит и дирижирует кот в очках (принято считать, что это будущий ее муж С. Д. Киселев). Перо, чернила. Рисунок Пушкина, подпись его же. Над котом помета карандашом «Сергей Дм. Киселев».

Л. 78 об. Карикатура на князя Петра Ивановича Шаликова. Мягкий карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция Л. Н. Майкова.

Л. 79 об. Елизавета Ушакова в образе кошки и С. Д. Киселев в виде мышки (?). Внизу еще одна кошка. Выписка Т. И. Краснобородько из комментарий Л. Н. Майкова: «Иногда Пушкин называл Елизавету Николаевну “кисанькой” и, согласно с таким названием, нарисовал на одном листе альбома кошку, которой придал профиль его обладательницы; у ее ног лежат трупы двух крыс, а вдали победоносно шествует очень маленького роста Дон-Жуан, на которого кисанька ласково поглядывает». Уточним, и сам «победитель» С. Д. Киселев изображен в виде мышки (с саблеобразным хвостом), а вторая кошка, надо полагать, – Екатерина Ушакова.

Л. 80. Анютины глазки. Акварель.

Л. 81. Мужской и женский портреты. Перо, чернила. Рисунки Пушкина.

Л. 82 об. Делибаш верхом. Карандаш, перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 84. Дятловина (клевер). Акварель.

Л. 85 об. Портрет Фаргат-Бека. Карандаш. Рисунок Пушкина, подпись его же. Фаргат-Бек – офицер Первого конного мусульманского полка, которому посвящено стихотворение Пушкина «Из Гафиза» («Не пленяйся бранной славай…»), написанное 5 июля 1829 г.

Л. 86. Портрет Фараджулы-Бека. Карандаш. Рисунок и подпись Пушкина. Фараджула-Бек – подполковник Мусульманского иррегулярного полка, 1 апреля 1829 г. Посланный в Петербург с донесением Николаю I.

Л. 87. Погрудный мужской портрет. Карандаш, перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 88. Собака. Карандаш, перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 88 об. Женская фигура и ее шаржированное отражение в виде снежной бабы. Перо, чернила. Рисунок Пушкина.

Л. 89 об. Портрет ключницы Ушаковых, «грозной экономки» Степаниды Ивановны. Перо, чернила. Рисунок Пушкина. Атрибуция Л. Н. Майкова.

Л. 91 об. Портрет Алексея Николаевича Оленина (?) Карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Ю. Л. Керцелли.

Л. 93. Пять карандашных портретов. Рисунки Пушкина.

Л. 93 об. Петр Каховский и Кондратий Рылеев. Карикатура. Перо, чернила. Рукою Пушкина выполнена, вероятно, только голова Каховского.

Л. 94. Анна Оленина с удочкой и ее поклонники. Перо, чернила. Карандашная помета «Оленина» (рукою П. С. Киселева?).

Л. 95. Акварельный рисунок, подписанный «1812 году Москва горит[,] Господа!»

Л. 96 об. Наталья Гончарова с веером. Перо, чернила.

Л. 97 об. Профили. Пробы пера. Карандаш, перо, чернила. Рисунки Пушкина.

Л. 98. Листок, вырезанный и приклеенный к внутренней стороне второй крышки переплета. Цветок (акварель) со стихами и подписью А. Афанасьева. Профили (перо, чернила). Французская запись «Je t’aime de tout mon coeur» (Я люблю тебя всем сердцем).

Нижняя крышка переплета. Четыре женских профиля. (Карандаш? Перо?) Надпись: «Ouchacoff».

Лист из утраченного альбома Елизаветы Ушаковой. ПД 910. Л. 37 об. Жанровая сценка. Рисунок слишком слабый, на листе практически не читается. Для его атрибуции необходимо специальное фотографирование.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД 1724. Л. 1. Екатерина Ушакова в рост. Карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Т. Г. Цявловской.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД 1724. Л. 1 об. Женская фигура. Профиль замазан. Карандаш. Рисунок Пушкина.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД 1725
Справа – портрет Елизаветы Воронцовой (?). Карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Т. Г. Цявловской. Л. Н. Майков считал, что это портрет Екатерины Ушаковой. Под рисунком помета непушкинской рукой «Guilliomar [?]».
Слева – портрет Амалии Ризнич. Карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Т. Г. Цявловской.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД 1725. Турок и молодой раб (?). Карандаш. Рисунок Пушкина.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД, оп. 1, прилож. 51. Портрет Екатерины Ушаковой в тюрбане. Карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция Л. Б. Модзалевского и Т. Г. Цявловской. Подпись под рисунком «[Тр]удясь над образом» – пушкинский стих из Ушаковского альбома (л. 27 об). Оригинал рисунка украден в 1918 или 1919 г. Стихи, видимо, были вписаны в утраченный альбом.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД 800. Погрудный портрет Николая Васильевича Ушакова. Карандаш. Рисунок Пушкина. Атрибуция Л. Б. Модзалевского и Т. Г. Цявловской. Рисунок (8 на 8 см) наклеен на лист зеленой бумаги (13,3 х 12,6). Подпись Екатерины Ушаковой-Наумовой: «Портрет Папаши рисовал Александр Сергеевич Пушкин в Москве 7-го апреля 1828 году» (исследователи отмечают, что год проставлен неверно: нужно «1829», в 1828-м в это время поэт был в Петербурге.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД 905. Автопортрет и стихотворение Пушкина Николаю Дмитриевичу Киселеву «Ищи в чужом краю здоровья и свободы, / Но север забывать грешно, /Так слушай: поспешай карлсбадские пить воды, /Чтоб с нами снова пить вино. 14/26 июня 1828. Стрельна». Карандаш. 15,4 х 8,9 см. На развороте лл. 20 – 21 записной книжки Н. Д. Киселева (брата С. Д. Киселева).

Елизавета Киселева-Ушакова. 1833. Художник Ж-Вивьен. Бумага, акварель. Всероссийский музей Пушкина.

Екатерина Ушакова. Неизвестный художник. Раскрашенная литография. Литературный музей Пушкинского Дома

Параллель к л. 17 об. Николай Алексеев

Параллель к л. 66. Гете

Параллель к л. 66. Рылеев. Три рисунка Пушкина. Слева два рисунка лета-осени 1826.

////////////////////////////////////////////////////////////////////////

См. также:

Пушкин. Портретная галерея X главы «Онегина»:

https://nestoriana.wordpress.com/2013/04/05/xglava/

А поскольку в той зале  все гости не уместились, продолжение галереи (а с ней и пира) вот в этом флигеле:
https://nestoriana.wordpress.com/2013/04/12/neverbalniy-pushkin/

Тут представлена небольшая часть огромного собрания невербального Пушкина. Перед нами не просто рисунки на полях рукописей, но корпус полноценных текстов, обладающих всей информативностью художественного высказывания.

Уверен, что будущие поколения исследователей не станут смотреть на рисунки поэта только как на феномен машинального рисования и попытки самоиллюстраций (увы, таков до сих пор традиционный подход).

Эти бессловесные тексты заговорят, если мы поймем устройство их языка.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД 1725 Справа – портрет Елизаветы Воронцовой (?). Карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Т. Г. Цявловской. Л. Н. Майков считал, что это портрет Екатерины Ушаковой. Под рисунком помета непушкинской рукой «Guilliomar [?]». Слева – портрет Амалии Ризнич. Карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Т. Г. Цявловской.

Из архива Ушаковых-Киселевых. ПД 1725
Справа – портрет Елизаветы Воронцовой (?). Карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Т. Г. Цявловской. Л. Н. Майков считал, что это портрет Екатерины Ушаковой. Под рисунком помета непушкинской рукой «Guilliomar [?]».
Слева – портрет Амалии Ризнич. Карандаш. Рисунок Пушкина. Предположение Т. Г. Цявловской.

Реклама

2 comments on “СТО ПУШКИНСКИХ РИСУНКОВ ИЗ УШАКОВСКОГО АЛЬБОМА (1829–1830)

  1. Ната
    11.12.2012

    Reblogged this on Кострома.

  2. Мария Игнатьева
    12.12.2012

    Спасибо!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Information

This entry was posted on 10.12.2012 by in Пушкинистика, Рисунки Пушкина and tagged , .

Навигация

Рубрики

%d такие блоггеры, как: