несториана/nestoriana

древнерусские и др. новости от Андрея Чернова

АВТОР «СЛОВА» – ВЛАДИМИР ЧЕРНИГОВСКИЙ?

image description

Фейсбук-полемика С. Л. НИКОЛАЕВА и А. Ю. ЧЕРНОВА после публикации постов:

«СЛОВО О ПОЛКУ». АВТОР ИЗВЕСТЕН

https://nestoriana.wordpress.com/2014/10/10/slovo-o-polku-avtor-izvesten/

и

ЖИВЫЕ ШЕРЕШИРЫ В СУДЬБЕ АВТОРА «СЛОВА О ПОЛКУ»

(электронную ссылку см. в конце поста по предыдущей ссылке)
.
.

СН. Это называется «наукообразная фантастика». Любимый мой жанр, но к действительности имеет мало отношения.

АЧ. Сереж, спасибо, что предупредил. Жаль, что поздно. А вообще-то на текст принято отвечать текстом.

СН. Тебя предупреждать не только поздно, но и нет нужды. Я написал для твоих восторженных поклонников, которые не очень в курсе проблемы. Наукообразие заключается в том, что у тебя над одной маргинальной гипотезой надстраивается вторая, над ней еще одна, и т. д. Получается красиво, но к действительности (повторяюсь) отношения не имеет. Автор-князь – идея, взятая с потолка. Текст «Слова» явно неоднороден – сколь бы ни был гениальным автор, но он автор компиляции, т. к. разные фрагменты текста явно были первоначально написаны на разных диалектах. Грамматика «Слова» то ли южнопсковская, то ли северносмоленская. Вряд ли «Слово» было написано в 12-м веке, по языку это скорее конец 13-го. Разумеется, эти аргументы ничто перед красотой князя-творца. Хотя, я боюсь, он не имел к тексту прямого отношения.

Время идет, у науки появляются новые возможности. До конца 20-го века о древнерусском языке были очень примерные представления, он считался однородным до 12-го века. Пока Зализняк не доказал, что еще в 10-м веке киевский и новгородский диалекты различались в некоторых отношениях сильнее, чем современные русские и украинские диалекты. Поэтому теперь есть возможность по-новому оценивать диалектный вклад в древние тексты.

АЧ. Ты изложил свои соображения и впечатления. За тридцать с хвостом лет нашего общения я успел их усвоить. Но если, по-честному, ты бы должен был разобрать сумму изложенных аргументов. Ты этого не делаешь.

СН. Ты не понимаешь, т. к. у тебя голова устроена не научно, а поэтически. Ценность твоих гипотез для тебя заключается в их художественности, и ты без оглядки громоздишь одну маргинальную (т.е. из всех вероятностей самую невероятную) на другую такую же, получается художественное произведение. С точки зрения науки это муляж, китайский автомобиль.

АЧ. Не, Сереж, «гипотеза на гипотезу» – это не ко мне. Я в куновской парадигме. А мозги у нас с тобой действительно по-разному устроены. Что, впрочем, не мешало, и, надеюсь, не будет мешать нашей совместной работе. При этом для меня ты был и остаешься только лингвистом (и здесь твое мнение исключительно ценно). Но анализ поэтического текста тебе, как мы десятки раз в этом убеждались, противопоказан. Почему? Ответ ты знаешь сам. Во всяком случае я тебе много раз это пытался объяснить. Каждый становится дураком, переходя пределы своей компетенции))

СН. Анализ поэтики текста начинается после того, как установлен его язык. А ты толком не разбираешься в языке и читаешь «Слово» по-русски, как его читают в школе. Раньше читали его по-церковнославянски, т. к. мало что знали о древнерусском. А это текст, написанный на древнерусском диалекте, причем не имеющем ни малейшего отношения к древнерусскому Югу – за исключением южнорусской лексики, которая в одних частях (по-видимому, «оригинальных») изобилует, а в других («дописанных») редка, зато в массе появляются севернорусские слова. Судя по этому, автор использовал южнорусский текст и «перевел» его на свой северный диалект, а недостающие (по его мнению) отрывки написал самостоятельно. Учти это и анализируй себе свою поэтику.

АЧ. Никакого отношения этот твой абзац к сути нашей полемики не имеет. Не переводи стрелки. Я атрибуировал СПИ Владимиру Черниговскому, исходя из концентрации параллелей с его жизнью и его судьбой. При этом поэтически текст един. А что там от переписчиков, пожалуйста, решайте сами. На то вы и лингвисты. Не «гипотеза на гипотезу», а черепок к черепку. В случае атрибуции СПИ даже ганч не потребовался. Этот археологический пазл сам собой собирается))

СН. «Я атрибуировал СПИ Владимиру Черниговскому, исходя из концентрации параллелей с его жизнью и его судьбой» – с чего бы это твой Черниговский написал текст по-южнопсковски, в одних частях пользуясь попросту говоря древнеукраинской, а в других (во всей концовке) – псковско-новгородской лексикой? Гипотеза «один автор 12 века, по возможности благородных кровей» такая же маргинальная и необоснованная, как «Слово – подделка 15-го века». Первая гипотеза была неопровержима, пока мы не узнали толком о древнерусском языке. Вторая научно опровергнута совсем недавно. Возможно, в чем-то ты прав, и «древнеукраинская» часть «Слова» действительно принадлежала твоему князю (или какому-то другому, судя по галицким элементам). Однако автором всего произведения он не мог быть, есло только одноременно он не был исключительно искусным фальсификатором и мистификатором.

АЧ. Сережа, ты же работу написал о диалектизмах СПИ. Но забыл, что там не псковский, а шире, – кривичский. То есть и полоцкий. Так вот, еще раз: мать Владимира – Мария Васильковна Полоцкая. А южная лексика поверх полоцкой грамматики – это потому, что княжил он во Вщиже (у Брянска) и жил в Чернигове. А «новгородизмы» его (см. о них у Лихачева) – так это он два года был новгородским князем. Ну и т. д. Не заставляй меня пересказывать то, чего ты, видимо, не дочитал…

СН. «а шире, – кривичский. То есть и полоцкий. Так вот, еще раз: мать Владимира – Мария Васильковна Полоцкая» – это похоже на известной анекдот «мама, он назвал меня сукой!». Она полоцкая, а диалект «Слова» не полоцкий. А кривичи это очень расплывчатое понятие – в Москве 14 в. диалект тоже был кривичским по происхождению. «Новгородизмов» в «Слове» нет. Южная лексика не наложена поверх грамматики, а нервномерно распределена по тексту. Все твои объяснения не более весомы, чем Бобровское приписывание «Слова» белозерскому монаху, который живал в разных местах. На практике такого неоправданного чередования диалектов не бывает.

АЧ. Где не бывает? В поэтическом произведении? Но ты сейчас о том, чего не знаешь. И никто не знает. Традиция дружинной авторской поэзии была устной и произведения до нас не дошли. А там при контаминации разных мотивов разных авторов как раз должен был возникнуть свой поэтический язык. (Так в XVIII и XIX веках языки поэзии отличаются от языка улицы и даже языка прозы!) Кроме того, вслед за Лихачевы я имел в виду не новгородские диалектизмы, а новгородские реалии и реминисценции. А их там не одна и не две. Потому Лихачев и пишет, что автор был связан с Новгородом. Ну, так и оказалось. Два лета провел на новгородском столе. И еще: диалект мог поправить и переписчик-пскович. Недаром же выписка из СПИ обнаружена Калайдовичем в в Пскове, в Апостоле 1307 г. И последнее: то, что ты не принял логику блистательной, на мой взгляд, статьи Боброва, для меня, увы, не удивительно.

СН. Тогда бы он нарушил всю поэтику. Человек должен был сочинять на своем родном диалекте – поэтому я и написал «грамматически перевел», надо в кавычках. Автор сочинял, используя какой-то южнорусский источник. Сам человек не может творить одновременно на двух диалектах одного языка. А речь идет именно о творчестве, а не «исправлениях».

АЧ. Поэт – Протей. Не мистификатор, нет. И не фальсификатор. Но имитатор речи, да.

СН. Если он лингвистически неграмотен (а в 13-м веке грамотных быть не могло), то его имитация провалится. Хорошие артисты отлично изображают диалектных бабок, только вот их «диалектов» в природе не существует. «Слово» никак не похоже на имитацию – единый текст, с единой грамматикой. Но в большей части текста использованы южнорусские слова, которые не могли быть присущи севернорусскому сочинителю. Как раз по «дописанным» (совсем оригинальным) фрагментам и видно – там полное единство лексики и грамматики. Причем тематически распределение лексики ничем не оправдано — поход туда «по-украински», а побег оттуда – «по-псковски».

АЧ. Ходына. Его так носило по Руси (с детства!), что него родным стал этот, для тебя почти макаронический… Кроме того, там и впрямь есть включения из других поэтов (фрагмент из Бояна про Всеслава даже по-иному строфически организован). «Псковско-новгородская» концовка могла быть перелицовкой какой-то новгородской протобылины, к примеру, о Садко. (Там тоже царь Поддонишко не отпускает героя из плена, хочет оставить у себя, т. е. утопить. Так и Донец хочет утопить Игоря. Но Игорь разгадывает смысл лести Донца и вырывается.) Так о чем спор?.. Да, такой вот древнерусский поэтический «суржик». Иного в случае с нашим князем, наверное, и быть не могло.

СН. Еще раз повторяю – ничего специфически новгородского в «Слове» нет. Равно как полоцкого. Есть только южнопсковский букет и «древнеукраинская» лексика в большей части текста. Если бы «макаронизм» проявлялся бы равномерно по тексту, это было бы нормально и спора бы у нас с тобой не было. Но заподозрить автора в тщательном, но ничем не мотивированном отборе слов из разных диалектов для тематически сходных отрывков – это за гранью вероятности.

АЧ. Имитация – я про поэтическую имитацию, про подражание. При этом в памяти у поэта дружинный традиции должна была находиться живая библиотека из многих текстов разнодиалектных авторов. Какие-то фрагменты Владимир мог приспособить к случаю… Вот тебе и диалектная пестрота. И твое предположение об «отборе» слов – вмимолёт. Поскольку оно сугубо кабинетное… Это ты себя представляешь на месте поэта. Но поэт работает по-иному.

СН. Я боюсь, что не Владимир. Но эта гипотеза не подлежит дискуссии – типа Рюрика=Рёрика. На научной периферии она имеет право существовать. Равно как гипотеза о «снежном человеке». Что касается лексики – то ты всё твердишь о «пестроте». А именно пестроты-то в «Слове» нет. Есть фрагменты с «южной» и фрагменты с «северной» лексикой, причем, еще раз повторю, это распределение тематически не обусловлено.

АЧ. Не подлежит?.. Ой ли? Лихачев в таких случаях говорил: «Нет плохих источников. Есть плохие источниковеды». Словом, не права ты, матушка)) Не права потому, что перемахнула через порог своей компетенции. А мою работу «Живые шереширы…» ты даже не потрудился прочитать)) Иначе бы Владимира Черниговского за борт не швырял, как пьяный Стенька персиянку. Кстати, я там обосновываю, почему этот текст никто, кроме князя, не мог не только что создать, но даже и замыслить. Маргинальная идея, говоришь?.. Посмотри в комментариях у меня, кто и когда ее впервые проартикулировал и кто поддержал (хотя, как и ты, считал это абсурдом). Это А. А. Зимин замечает, что поэт говорит на равных с князьями XII века. И цитирует мнение В. Ф. Ржиги о том, что  дружинник не мог «идейно занять такую позицию, которая объяснима только как междукняжеская». Так и в Скандинавии скальд-конунг – обычное дело.

СН. «Иначе бы Владимира Черниговского за борт не швырял, как пьяный Стенька персиянку» – с чего бы я его «швырял», просто он, по-моему, не может иметь отношения к окончательному тексту. Мама у него была полоцкая, а не южнопсковская. И текст бы получился у него «древнебелорусский», чего нет и в помине. Что Зализняк, что Аня Дыбо, что я пытались установить диалектные рамки, вне которых особенности языка «Слова» абсурдны. Ареал постепенно сужался по мере накопления фактов. Я тоже когда-то склонялся к «полоцкой» версии, но она етественным образом отпала. Полоцкая локализация – это ничем не оправданное «маргинальное» решение, так как псковских черт несоизмеримо больше, чем полоцких. Другое дело, что они не северно- (городские псковские), а южнопсковские. В Опочке и Торопце, в частности, говорят на южнопсковских говорах. Северносмоленские говоры тоже имеют черты «Слова».

АЧ. Ну что ж, ты согласился, что реалии судьбы Владимира Черниговского (в нашей полемике я их не ворошил), проступают в тексте. Мне этого достаточно. Говоришь, что по языку это текст не XII, а середины XIII века?  И это вполне допускаю. Пусть некий ученик поэта (не его ли передразнивает автор в конце нарочитым губошлепаньем «…а потоМО МОлодыМО пети»?) был из Торопца или Опочки. И выжил после Батыева разорения Южной Руси, и бежал в уцелевший Псков, и там записал поэму своего учителя, которая за полвека до погибели Русской земли назвала причины накатывающей катастрофы.

СН. Почему во Псков? кажется, они из Киева все убежали в Полоцк. Полоцкие связи «Слова» несомненны – другое дело, что диалект не полоцкий. «Записал поэму своего учителя» – заново сочинив подзабытые концовку и пару-другую отрывков (очевидно, они имелись в оригинале, но не совсем такими словами), искусно имитируя стиль учителя. Как и положено, он не сумел квалифицированно сымитировать  чужой диалект, потому налепил родной лексики плюс добавил церковные нотки (наверное, был клириком) – только так. Что касается грамматики, то, наверное, текст пострадал – мы просто его не видели в киевско-черниговком оригинале, и довольствуемся дошедшим.

Если окончания в оригинале были «киевскими», то многие строки просто иначе звучали бы, были бы другие ассонансы. Но как выглядела бы грамматика у конкретного автора, нам не дано знать – от нее ничего не сохранилось. Я еще забыл дописать важную мысль: то, что в концовке представляется шедеврами, то, наверное, осталось из оригинала. яркие места помнились дословно, а «проходные» только по смыслу. Естественно, пересказывая их, «ученик» использовал родную лексику, т.к. чужой владел лишь пассивно.

АЧ. Почему во Псков. Потому что там в XIV веке хранился список «Слова» (это ясно из приписки к псковскому Апостолу 1307 г. В нем развернутая цитата из поэмы). А по поводу памяти ученика… Нет, не думаю, что он что-то позабыл. Не похоже. Текст дошел в почти идеальном виде. (Куда лучшем, чем, скажем фрески Мирожского монастыря или Старой Ладоги.) И вряд ли ученик что-то добавлял от себя. Но индивидуальная обкатка должна была происходить даже помимо воли носителя текста.

СН. Что касается Пскова, то в 14-м веке мало ли как Слово туда попало. Но «соавтор» явно не был псковским. Южнопсковская территория (иными словами, земля южных псковских кривичей, живших от Селигера и Ловати до среднего течения Великой) тогда была разорвана полочанами, новгородцами, смолянами и псковичами, но куда она культурно тяготела, сказать трудно. Духовным центром у них был Торопец.

АЧ. С твоего позволения этот наш диалог выложу на Несториане.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Под заголовком рисунок Сергея Русакова.

 

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Information

This entry was posted on 10.10.2014 by in Слово о полку Игореве.

Навигация

Рубрики

%d такие блоггеры, как: