несториана/nestoriana

древнерусские и др. новости от Андрея Чернова

ГУМБЕРТ ГУМБЕРТ. ШИФРОГРАММА НАБОКОВА

2669 (1)

Кузьма Петров-Водкин. Голова юноши. 1910

0000011487-nabokov

Владимир Набоков в юности

Кузьма Петров-Водкин. Купание красного коня. 1912

Большая реставрация снимка Оредежи

Отреставрированный в Библиотеке Конгресса оригинал снимка «На р. Оредежь близ ст. Сиверская С-Петербургской губернии». Фотограф Александр Александрович Евдокимов, сотрудник Сергея Михайловича Прокудина-Горского. «Снято при заходящем солнце в июле, в 7 ч. вечера» (Журнал «Фотограф-Любитель», 1906 г., № 7). При реставрации красный берег, увы, несколько покоричневел. Да и зеленые ели тоже. Реставраторы просто не поверили, что берег может быть столь кроваво-красным.

Сколько нужно миллионов часов читательского времени, чтобы понять, что “Лолита” — не скандальный порник, а римейк “Преступления и наказания”, где не в том дело, что великовозрастный герой соблазняет девочку, а в том, что автор соблазняет читателя, чтобы после от всего сердца поквитаться и с ним, и с героем?

Преступление от любви. И Наказание любовью.

Доказательство — само имя Гумберта Гумберта. Ведь Гумбертом в гриммовской “Белоснежке” зовут егеря, которого злая королева посылает в лес зарезать юную принцессу.
05SnowWhite_1938-01-09_100

1938 год. Комикс по диснеевскому мультфильму. Охотник назван Гумбертом.

И тот уже заносит нож, но жертва оборачивается. И в слезах падает к ее башмачкам херр ехерь Хумберт, передавая чисто литературный привет профессору О’Херли, стране по имени Зембля, а также Кларе Стобой, превращающейся по воле того же автора в Клару Свами. Да и многим другим билингволиким набоковским персонажам.

У католиков Святой Гумберт — покровитель охотников. Вот и набоковский “Гумберт в квадрате” занят охотой. Только на маленьких девочек.

Ну и как по вашему должен относиться русский писатель к такому своему герою?

Комментарий к этому сообщению Сергея Николаева, лингвиста и энтомолога:

«Лепидоптерологические (связанные с наукой о бабочках) ассоциации у Набокова многократно обсосаны, но нижеследующей трактовки я не встречал, может быть, она у кого и есть, не знаю. Начиная с Карла Линнея в биологической номенклатуре приняты бинарные наименования для всех видов живых объектов, обязательно состоящих из названия родового и видового. Некоторые из них наиболее давно (в основном еще Линнеем) описанные виды имеют названия, состоящие из омонимов – к примеру, широко распространённая ночная бабочка-древоточец Cossus cossus (согласно правилам видовые названия официально пишутся с со строчной, родовые – с прописной буквы), сокращенная же (также общепринятая и официальная) запись для этого вида – C.cossus. Такие «названия в квадрате» когда-то подчёркивали типичность данного вида для данного рода. Потому Г.[умберт] Гумберт (равно как Ц.Цинциннат) – это типичные зооназвания, причем подчеркивается, что данный Цинциннат или Гумберт типичные своих родов (т. е. много таких Ц. и Г., а эти – воплощение генотипа). Бабочку назвали Cossus, а так как она считалась одной в своем «роде», то и получилась Cossus (родовое название) cossus (видовое)».

Криптограф и мистификатор, еще в двадцатых сочинивший себе псевдоним-перевертыш из имени своего земляка, пушкинского станционного смотрителя (С. Вырин — В. Сирин), утилитарный (но по-своему) прозаик пушкинской школы, прикрывшийся прозванием райской птицы, он вешал лапшу на уши не одним только американским своим студенткам. К примеру, рассказывая им, что фамилия самого великого русского прозаика — Толстоевский.

Он знал как и на чем шифровать: впрок пошли уроки дяди Васи Рукавишникова, секретаря и шифровальщика русского посольства в Риме. За три десятилетия ни один из его исследователей не удосужился почитать «Белоснежку» ребенку на сон грядущий. Мы с моей дочерью Ленкой в конце 80-х, видимо, оказались первыми («Пап, ну что ты… Читай дальше!..»).

Набоков вспоминал, что задумывал «Лолиту» в 39-м. То есть, видимо, и впрямь после просмотра первого полнометражного диснеевского мультфильма, премьера которого состоялась в декабре 37-го. А вскоре родители взяли четырехлетнего Дмитрия Владимировича Набокова на просмотр картины. Но имя Гумберта писатель должен был извлечь не из мультика, а из оригинала сказки. Или из какого-то буквального перевода, ведь в русских пересказах оно совсем не всегда сохранено.

Карл Проффер, автор «Ключей к Лолите», прошел в сантиметре от разгадки. Цитирую:

«В русском тексте «Фратер Гримм, Океан, Келькепар». Сказки братьев Гримм известны всем, а остров Quelquepart («где-то там») уже нашел свое место в океане романа».

Увы, вот другая цитата, из послесловия к этой замечательной, классической книге Проффера: «Сравнительно малое количество отсылок к немецкой литературе доказывает, что Гумберту близки прежде всего французская и английская культура».

Меж тем в романе есть и еще указания на охотничью природу ГГ. Например, название того отеля, где герой впервые переспал с нимфеткой: «Приют Зачарованных Охотников».

Но вглядимся в издевательскую запись в книге постояльцев провинциального отеля, оставленную счастливым соперником Гумберта Гумберта: «Фратер Гримм, Океан, Келькепар».

Во «Фратер» звучат и Мутер, и Фатер. И слабое эхо русского слова «брат».

Но по-немецки слова ФРАТЕР нет.

Расшифруем его, помня, что ГГ родился в Париже:

Фратер – усеченное на немецкий манер fraternité (фр.) – братство

Liberté, Égalité, Fraternité  – Свобода. Равенство. Братство. Лозунг Французской революции. Но, если это писал удачливый похититель Лолиты, то братство тут явно «молочное», а революция сексуальная. И французский же остров Quelquepart («Где-то Там») – разумеется, Остров Любви. Правда, в океане адовых мук.

Слово «принцесса» встречается четыре раза в тексте. Нас интересуют два случая:
«…И как если бы я был сказочной нянькой маленькой принцессы (потерявшейся, украденной, найденной, одетой в цыганские лохмотья, сквозь которые ее нагота улыбается королю и его гончим)…»

И это: «Не помню, упомянул ли я название бара, где я завтракал, в предыдущей главке? Он назывался так: «Ледяная Королева». Улыбаясь не без грусти, я сказал Лолите: «А ты — моя ледяная принцесса». Она не поняла этой жалкой шуточки».

(Ассоциация прозрачна, как лёд: Ледяная (Снежная) королева – Белоснежка.)

Предисловие Набокова к первому изданию романа подписано так: Джон Рэй, доктор философии. Не секрет, что такое имя носил английский натуралист (1627-1705), создавший основанную на принципе метаморфоза (р.п. ед.ч. м. р.) систему классификации насекомых.

Начинается предисловие так: «Лолита. Исповедь Светлокожего Вдовца»: таково было двойное название, под которым автор настоящей заметки получил странный текст…»

То есть с метаморфозы всё и начинается. Вспомним, что сама Лолита – смуглянка. А «белоснежка» – рутинный стеб расистов над американками африканских или индейских кровей.

Из концовки романа: «Я закамуфлировал то, что могло бы уязвить кого-либо из живых. И сам я перебрал немало псевдонимов, пока не придумал особенно подходящего мне. В моих заметках есть и «Отто Отто», и «Месмер Месмер», и «Герман Герман»… но почему-то мне кажется, что мною выбранное имя всего лучше выражает требуемую гнусность».

…Клэр Куильти, похититель Лолиты, погибнет в «арийском» своем доме, в деревянном «родовом замке, улица Гримма (имя улицы трижды в тексте! – А. Ч.), на окраине Паркингтона».

Вот и дверь в замок «подалась, как в средневековой сказке». Сам убийца именует себя «охотником». А по отношению к Ло – «мясником Гумбертом».

2190

1753

«Первобытная пещера, а не модное лоно,— вот (венским мистикам наперекор) образ моих игр…»

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

PPS. В Питере я спрашивал Дмитрия Владимировича Набокова, говорил ли ему отец, что Петров-Водкин дважды написал его (Владимира Владимировича) портрет на фоне красных оредежских берегов: в 1910 и 1912 годах? Нет, не говорил.

Работа «Голова юноши» (скорее, конечно, отрока) была передана в Ереванскую национальную галерею из Русского музея. Остается выяснить, не попала ли она в Русский музей из национализированного барского особняка на Морской, 47.

Рождествено. Снимок Юрия Феклистова. 1988 или 1989

Рождествено. Снимок Юрия Феклистова. 1988 или 1989

ПРИВОЖУ ТЕКСТ ПЕРВОЙ МОЕЙ ПУБЛИКАЦИИ О ВВН И ГГ:

СИРИН ПОД КРЫЛОМ ФЕНИКСА

22 апреля Набокову — 100 лет

Начну с совершенно безответственного заявления: я уверен, что двухсотлетний юби­лей Набокова Россия будет праздновать куда шире, чем нынешний.

Хотя бы потому, что этот писатель целиком пока даже и не издан. А изданный — не прочитан. А прочитанный — все равно остается ну вроде как старшим нашим современни­ком. Он предрекал, мол, «тень русской ветки будет колебаться на мраморе моей руки», но до памятников ему дело еще не дошло, и за десять лет, прошед­ших с первых советских томи­ков Набокова, его проза обронзоветь не успела.

Говорят, что англоязычный Набоков открыл американкам красоту их языка. Мой при­ятель и однофамилец, редактор одного иллюстрированного еженедельника, на днях объяс­нил мне, что это заблуждение:

— Знаешь, почему по-анг­лийски Набокова так легко чи­тать? Потому что у него мыш­ление русское. Этим-то мышле­нием. а не собственно языком, он и берет американцев. Они просто не знали, что на их язы­ке можно так мыслить.

Америка честно пытается понять Набокова уже полвека.

Мы же только-только начи­наем.

…Вот у меня на коленях свежий девятисотстраничный том набоковского комментария к «Евгению Онегину» (Санкт- Петербург, издательство «Ис­кусство-СПб» совместно с «Набоковским фондом». 1998). Ти­раж 5000 экземпляров.

Сколько времени надо, что­бы переварить эту книгу?

И сколько его еще нужно, чтобы понять, что «Лолита» — не скандальный порник, а ремейк «Преступления и наказа­ния», где не герой соблазняет девочку, а автор соблазняет чи­тателя, чтобы после от всего сердца поквитаться и с ним, и с героем?

Доказательство — само имя Гумберта Гумберта. Серьезные дяди и тети набоковеды не за­метили в этом имени шифра, потому что даже теоретически не могли обнаружить ключа к нему. Они ведь давно не читают детских книжек, а значит, не перечитывают и диснеевскую «Белоснежку», где злая короле­ва посылает в лес зарезать де­вочку егеря Гумберта. (По-не­мецки для русского уха будет почти непристойно: «хер ехер Хумберт».)

На Западе Святой Гумберт — покровитель охотников. Ну вот и набоковский «Гумберт в квадрате» занят охотой. Только на особую дичь.

Ну и как. по-вашему, будет относиться русский писатель к такому своему герою?

Но, поскольку автор дол­жен любить своего героя и «черненьким», Набоков, дабы невзначай не выдать своего от­ношения, уже все сказал самим именем. В переводе с набоковс­кого на русский оно звучит по­чти как у Фонвизина «Скотинин».

Шифровальщик и мисти­фикатор, еще в двадцатых сочи­нивший себе псевдоним-перевертыш из имени пушкинско­го станционного смотрителя (С. Вырин — В. Сирин), про­заик пушкинской школы, при­крывшийся названием райской птицы, он вешал лапшу на уши не одним лишь американс­ким своим студентам. (К при­меру, убеждал их, что фамилия самого великого русского лите­ратора — Толстоевский.)

Вот и юбилей его начался с мистификации.

Респектабельное НТВ. чья профессия, как известно, — но­вости. 10 апреля первым отпраздновало день рождения Владимира Набокова. Ведущий так и сказал: сегодня в Петер­бурге отмечают день рождения и т. д. Тут же и «Московский комсомолец» сообщил читате­лям, что в Питер приехал и бу­дет петь в усадьбе отца (Рождствено) сын писателя, в прошлом оперный певец, Дмитрий Владимирович.

Все — вранье. Дмитрий Набоков лечит в Монтрё ларингит и ежедневно кормит по телефону невских почитателей своего отца «завтраками», а день рождения Владимира Владимировича Набокова действительно 10 апреля, но только по старому стилю. Набоков родится в 1899 году, значит, по новому его юбилей 22 апреля («когда расцветает земля»).

Пять лет назад с этой разницей в датах не справились питерские фашистки: в 1994 году они сожгли чудом уцелевшие во время Великой Отечественной хозяйственные постройки вырского дома родителей писателя, а ровно через год, тоже 10 апреля, запылало и рождественское имение. Погиб единственный на всем северо-западе образец деревянной «высокой классики», дворец екатерининского времени, который, если верить хранящимся в моем семейном архиве запискам набоковского соседа по имению композитора Константина Николаевича Чернова (брата моего прадеда), был когда-то путевым дворцом императора Павла.

Поскольку записки не опубликованы*, позволю себе пространную цитату:

«…От Грязны направо лежит деревня Даймище, мимо которой через удивительно здесь живописные берега реки Оредежи можно проехать в деревню Батово, бывшее имение Набоковых (министра юстиции при Александре II). Это и было еще раньше имение Рылеевых…

Почти у самой реки, несколько в стороне от нее, на крутом, красного песчаника берегу, виднеется большой грот, уходящий под землю. Здесь по преданию перед арестом скры­вался Рылеев.

Это, конечно, басня, так как Рылеев не скрывался и был арестован в Петербурге. Но как легенда сказание это любопыт­но…

Из Батова, окруженного всюду лесами, через имение Ру­кавишниковых, известного в свое время богача-откупщика, приобретшего эти земли чуть ли не за карточный долг, многочисленные дороги ведут в Рождествено.

При въезде на деревянный мост после крутого спуска к реке, в Рождествене, справа по шоссе из Ленинграда, где теперь еще виднеется на высоком холме дом, принадлежавший в свое время Рукавишникову (бывший путевой дворец Павла I; здесь при Петре Великом находился дом царевича Алексея), лежит старое кладбище, замечательное своею очень древней церковью, теперь уже без портика и колоннады… Слева же на самом берегу Оредежи — новое кладбище села. На самом конце его при дороге, где кладбище кончается, а начинается поле, еще недавно стоял каменный круглый столб с четырехугольным квадратом на верхнем конце его, так что получалось что-то вроде креста. Вероятно, он и теперь там.

Это могила матери Рылеева Анастасии Матвеевны, урожденной Эссен…

Батовские леса преимущественно хвойные и очень живописные.

Помню, в детстве мы с братом отыскали в сарае среди хлама почерневшее полотно картины. Отмыв ее, мы увидели дом с колоннами — загородный дворец Павла I

Дом был окружен валами, а на них стояли медные пушки. (Две такие пушки стояли у нас в Заречье на балконе дома. По праздникам из них стреляли, кладя на заряд четверть фунта пороха.) Между постриженных кустов гуляли кавалеры и знатные дамы. Кавалеры были в напудренных париках с громадными треуголками, в чулках и в обуви на высоких красных каблуках…»

Поясню: дом откупщика Рукавишникова — дом деда Набокова.

Владимир Набоков считал, что рождественский дом построен в начале XIX века, и относил его к Александровскому ампиру. Писатель ошибался. Как установили вырские краеведы, дворец, последним владельцем которого стал будущий русско-американский классик, значится уже на картах середины восьмидесятых годов XVIII столетия. И записки К.Н. Чернова, сочиненные в 1925 году, это подтверждают. Красные каблуки, как мы помним по Пушкину, вошли в моду как раз при Екатерине.

…Поджигателей дворца в 1995-м, естественно, не нашли.

Когда б мы сберегли Рождествено,

Вот это было б неестественно…

Рождественский дом, владельцем которого после смерти дяди в 1916 году стал будущий писатель, горел почти сутки. В моем архиве лежит и любительская телесъемка этого пожара, купленная по случаю за 50 у. е. у гатчинских «кабелюшников». Тогда же наша газета обратилась к набоковскому земляку Юрию Ярову и к министру культуры Евгению Сидорову с просьбой помочь в восстановлении усадьбы писателя. (См. «Новую газету» № 38 за 1996 г.)

Дело было срочным: кирпичный цокольный этаж и почти половину деревянных конструкций пожарным удалось отвоевать. Но надвигалась зима, и то, что не сгорело, надо было спасать от гнили.

Ни Яров, ни Сидоров на наш вопль не откликнулись.

Рождественская усадьба была снята с госохраны, и директор Рождественского музея реставратор Александр Семочкин восстанавливал ее на копейки, выкроенные из районного бюджета. Восстанавливал из облизанных пламенем двухсотлетних бревен. Их хватило аж до третьего этажа. Сегодня снаружи набоковский дом, как новенький. Даже стекла завезли. Но юбилей в нем, конечно, не отпраздновать: по полгода не получавшая зарплату семочкинская бригада справилась только с коробкой, до интерьеров и до возвращения спасенных из огня экспонатов музея еще далеко.

…Оставим иллюзии: дома, как и рукописи, — очень даже горят. Другое дело — слова, поставленные в волшебном порядке.

Андрей ЧЕРНОВ
«Новая газета» № 14 (537), 19–25 апреля 1999 г . С. 21.
——-
*Записка К.Н.Чернова о Заречье опубликована в приложении к моей книжке «Длятся ночи декабря». См. тут:
http://chernov-trezin.narod.ru/DND/Titul_dnd.htm

Две моих поэмы о Выре («Вырская станция») и Кузьме Петрове-Водкине («Красная горка») см. тут:
https://nestoriana.wordpress.com/2014/05/02/chernov-stihi-gl-isp-6-05-14/

СКАН ЗАМЕТКИ В «НОВОЙ»

Nabokov_Novgaz

PS:
Еще о романе. Был поставлен эксперимент. Жестокий эксперимент-провокация. Таковой «Лолита» остается и сегодня. Аверинцев (знаю из первых рук) вот не смог ее осилить. Бросил. Ему сказали, но ведь форма совершенная! Ответил: да, ад тоже совершенен.
«Лолита» – перевернутая калька с «Преступления и наказания». В меру скучноватый нравоучительный роман с обязательной моралью в конце. Только преступление другое (ХХ век!). Куда более соблазнительное, чем топор Раскольникова на голове старушки… Чем ВН и пользуется, завлекая читателя (давай мол, в тебе же это есть, смотри, как я вкусно всё опишу… ну это ж не грех, а такая красивая и такая волнующая проза…) А попался, – и по морде, по морде, по морде… За порник «Лолиту» могли принять (и запретить!) только девственные души фермеров. Да озабоченный подросток – советский читатель. Ну и постсоветский в силу инерции психологической установки.
Роман-провокация, сеанс черной магии с разоблачением оной.

Реклама

11 comments on “ГУМБЕРТ ГУМБЕРТ. ШИФРОГРАММА НАБОКОВА

  1. М.
    18.06.2015

    Терпеть не могу ни Лолиту, ни Гумберта, ни самого Набокова с его занудством. Роман «Лолита» честно был мною прочитан раза три. Или даже больше, не помню уж, но не менее трёх; из них первый раз — в оригинале. Всё старалась понять, откуда исходят восторги. Тщетно. Ну, право, нет там ничего такого, от чего можно было бы ахнуть и залипнуть (не говорю уж о «сойти с ума и фанатеть»). Потом пыталась ещё читать сего автора. Ничего, кроме выспренного многословия и бесконечного авторского самолюбования. Не Джойс, не Кизи, не Диккенс, не Толстой, не Чехов. И даже не Астафьев. Увы.

    P.S. предложения в духе «ну, и читай макулатуру из-под клавиатуры Донцовой/Дашковой/Шиловой» и т.д. — не приемлю. Точно такая же графомания… разве что у дамочек понтов поменее будет.

  2. Любовь
    30.04.2017

    А стихи пробовали Набокова читать ?

  3. Natalya Nesterova
    06.05.2017

    У Набокова два периода в его творчестве — юношеский романтический и старческий тоскливый. Тоскливый приходится на Америку и Лолита из него. Правильно автор пытался ее сжечь. Мелкие загадки, распиханные по тексту и щекочущие самолюбие разгадавших, это не важно, важно, что нет там никакой любви, кроме любви автора к своему детству. Гумберт — спятивший интеллигент, который волей автора ищет свое детство, пуская слюни на маленьких девочек. Его наименование их класса нимфетка происходит от nymph — это куколка бабочки по-английски. Вокруг этого все и заверчено. И Преступление и Наказание сюда притягивать зачем? — в Преступлении и Наказании для героя есть покаяние, вот в чем разница. А в Лолите нет. В Лолите отчаяние и гибель зияют сквозь все аллюзии. Нет никакого возвращения, на земле уже все закрыто, а небо герою известно только как культурологический феномен. Ну, главное, чтобы не автору.

  4. Виктория
    06.05.2017

    Это прекрасно, спасибо огромное)

  5. Татьяна
    06.05.2017

    Вот присоединяюсь: в Лолите точно нет НИЧЕГО от Достоевского. У Фёдора Михайловича герои совершают нравственный выбор и страдают от своего выбора, а затем обязателен катарсис (исключение разве что «Бесы», но это другая история), а у Набокова герой старательно получает удовольствие от своего извращения и старательно не замечает страданий других, только свои, когда девочка перестает быть нимфеткой.

    • nestoriana
      06.05.2017

      Татьяна, не думаю, что Вы правы. Но, боюсь, Вашу мысль ведет априорное отвращение к этому автору и этому его тексту, и потому… Впрочем, свои аргументы я изложил.

  6. nestoriana
    06.05.2017

    ПИШЕТ Александр Долинин: Эссе занятное, но не свободное от неточностей и преувеличений. Насколько я понимаю, в сказке братьев Гримм имя охотника (в старых русских переводах псаря) не указывается; в самом фильме Диснея и в титрах имени тоже нет, хотя первоначально Дисней действительно хотел его назвать Humbert the Hunter. Это имя попало в рекламы фильма и оттуда уже вошло в обиход. Знал ли об этом Набоков, остается неясным. Еще надо выяснить, кто до Диснея, когда и где назвал охотника из Schneewittchen, Гумбертом. Слово Frater в немецком языке есть и означает «брат-послушник». Это заимствование из латыни, где Frater значит брат (ср. итал. fra, frate). Набоков любил играть на этом слове. В поэме «Бледный огонь», например, упоминается fra Karamazov.
    ОТВЕЧАЮ: А при чем тут оригинал сказки и русские ее переводы? Вы сами себе ответили, написал: «…первоначально Дисней действительно хотел его назвать Humbert the Hunter. Это имя попало в рекламы фильма и оттуда уже вошло в обиход».
    «Snow White and the Seven Dwarfs» – первый в мире полнометражный мультик. Дисней снимал его в 1937. Сыну Набокова уже исполнилось в тот год четыре.

  7. nestoriana
    06.05.2017

    ПИШЕТ Иван Якшин:
    Вроде охотник из комиксов хорошо встраивается в сказочный лейтмотивный комплекс «Лолиты» (лесной царь — вурдалак — Синяя Борода — мистер Хайд — чудовище без красавицы).

    Кстати, Аппелю один из комментариев также помогла написать читавшая сказки Перро маленькая дочь)

  8. nestoriana
    06.05.2017

    ПИШЕТ Александр Долинин:
    Я про афиши ничего не знаю, я имел в виду рекламные синопсисы сюжета. Но комикс, который нашел Иван, решает дело. Сама идея-то мне нравится, более того, она льет воду на мою мельницу, поскольку я считаю, что Лолита умерла в Эльфинстонском госпитале, а ГГ не может себя заставить в этом признаться — то есть не может, как Охотник, убить» свою принцессу

    Кажется, мы можем назвать того человека, который придумал имя Humbert the Hunter. Это Merril de Maris, один из авторов сценария «Белоснежки» и автор текста к комиксу, который нарисовал художник Hank Porter. Этот комикс и был рекламой фильма: его начали печатать в газетах еще до премьеры, чтобы привлечь зрителей.

  9. Я заурядный читатель. Если читать скучно — бросаю книгу. Раза три начинал Лолиту — не осилил. А вот Дар — прочитал и потом ещё раз прослушал с огромным удовольствием. А что там закодировано… ну это, вероятно, для специалистов важно и интересно.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Information

This entry was posted on 16.09.2014 by in Набоков, Поэты, Сухая игла.

Навигация

Рубрики

%d такие блоггеры, как: